«Онегин» с кардамоном Культура

Московская зима – это всегда не предсказуемо. Как сказал великий классик: «То как зверь она завоет, то заплачет, как дитя». Все правда, все про Москву. Для большинства поход в театр является незаурядным, сказочным событием, для нас же, находящихся по ту сторону рампы – это работа. Кто-то воскликнет: «Как работа, театр – это же служение». И это правда, служат в нем далеко не все, кого-то поглощает рутина, которая есть и в театре. Так вот, работаем себе, спектакли, репетиции, постановки, все идет своим чередом. Но наступил настоящий праздник, дошла весть, что Московский музыкальный театр летит на гастроли в Оман. Сразу давай изучать в интернете что это, где это, с чем его едят. Выясняется, по невнимательности, часть сотрудников решила, что это Амман, город в Иордании, совсем рядом с Иерусалимом. Вот радости-то было, сможем на Святую Землю съездить. Загудели тогда гримерки, кулуары театра. Что, где купить, как дешевле сторговаться, кто там был, чего интересного знает. Сразу поясню, в любом творческом коллективе, будь то ансамбль, оркестр, балет или театр, гастроли – это привилегия, удостаиваются которой, не все. Представьте только, две тысячи человек везти заграницу – это сколько же труда и средств? Да-да, именно столько трудится в нашем театре.

И вот наступил день, когда вывесили списки отъезжающих на гастроли театра в Султанат Оман. Тогда-то и стало ясно, что не Иордания вовсе нас ожидает, а неизвестная доселе арабская страна на Аравийском полуострове.  Началась активная подготовка, у каждого на своем уровне: руководство проводило ликбез – как себя вести, какую одежду брать, что и в каких объемах разрешается перевозить. Открылось много новых и непонятных простой русской душе правил. Например, женщине нельзя находиться на улице без сопровождения мужчины старшего возраста, в стране абсолютный «сухой закон», нельзя носить национальную одежду, как любят делать наши туристы, приехав в экзотический край, нельзя ходить в коротких юбках и шортах. Но это я забегаю вперед. Самое главное для большинства гастролеров новшество, это то, что поездка посреди зимы, в январе, а в Омане в это время прекрасная пора: солнце, море, мягкая, дружелюбная жара. Шесть часов перелета и ты в сказочном месте. Удивлению не было предела.

Накупив новой летней одежды, надо сказать, что зимой в Москве это сделать весьма трудно, прочитав памятку туриста, отъезжающего в арабскую страну, отправились мы в аэропорт. Началось приключение. Двухпалубный, самый большой в мире пассажирский самолет домчал нас до Дубая (ОАЭ), затем пересадка на Маскат (столица Султаната Оман). И вот мы уставшие от ночного перелета, оказавшиеся в тепле и неожиданном лете заселились в отель, который так же вызвал удивление: роскошные комнаты, с личной кухней, вид из окна потрясающий своей простотой и величием одновременно. День прилета — отдых, а на следующий — будьте добры, на работу. Репетиция с оркестром в оперном театре Маската. Привезли нас на автобусе за два часа до назначенного времени, будто знали, как мы станем восхищаться театром и с каким азартом начнем все вокруг фотографировать. Передать словами практически невозможно всю красоту и великолепие, которая предстала перед изумленными глазами. Дворец, изобилующий роскошью и радушием. Opera House Muscat, внешне, похож на, типичное, сооружение в арабском стиле: белый камень, конусообразные своды, а внутри он был просто бесподобен. Бежевый мрамор внизу и красное дерево наверху, золотое обрамление и лепнина, даже кресла в зале обиты бархатом в мелкий золотой горошек, приглядевшись, понимаешь, что горошек – это скрипки, маленькие золотые скрипки инкрустируют ткань мебели. А самое поразительное в зале – это орган. Здание было спроектировано как многофункциональное, в глубине сцены установлен огромных размеров классический орган, разумеется, с арабским орнаментом, что не может не удивлять. При необходимости камерных концертов величественный инструмент выдвигается на авансцену и становится единым целым со зрительным залом. В нашем же случае орган был в самой глубине, а перед очами зрителей открывалась непривычная для южан картина: декорации осеннего сада Петербурга. Интересен тот факт, что в связи с обычаями и нравами мусульман, пришлось накрывать обнаженные статуи мешковиной, как бы оправдывая, что сад готовят к зиме, и делать нашивки  к женским платьям, чтобы прикрыть плечи.фото iphone 888

Необычно было все, и сам факт приезда русской оперы в арабские края, и изобилие зелени, в когда-то бывшей, пустыне, и оманцы в своих кипельно-белых одеждах, радушные и учтивые. Одним словом организация гастролей была на высоте. Выдались выходные, и, конечно же, все кто хотел, отправились на рынок. Оман – это арабская столица ладана и кардамона. «Old Mutrah Souq», название рынка, так же поражал своей красотой и аутентичностью. Накупив приятных безделушек и сувениров, поспешили мы на море. Боже, январь месяц на дворе, а мы нежимся под солнцем и купаемся в соленых водах Персидского залива. Это ли не сказка?. .

По обыкновению театральной жизни, случились казусы и на гастролях. Кто-то забыл в самолете телефон, еще бы, ночной перелет, да с пересадкой. Надо отдать должное, к концу гастролей телефон был найден и возвращен счастливому обладателю. А кто-то начудил прямо на сцене. По сюжету спектакля, есть такой момент, когда после ссоры Ленского и Онегина гости бала стремительным шагом удаляются за кулисы, забирая с вешалки, оставленные ранее плащи и цилиндры. Вешалка же представляет собой длинную балку, от края и до края сцены, которая спускается сверху и в некоторых сценах служит перегородкой, между гостями бала и Онегиным с Татьяной, остающимся на авансцене. Так вот во время ссоры поем мы свой обычный хор: «Бедный Ленский, бедный юноша…Быть дуэли», слышу от коллеги тихий возглас: «все, у меня выходной»,  восприняв это и на себя, убегаю вместе со всеми за кулисы не подозревая, что нужно делать что-то еще. И выясняется, что по задумке режиссера, спускается вешалка с нашими плащами, с которой необходимо их забрать и оставить сцену пустой на отыгрыш оркестра. А на сей раз, один нерадивый артист (аз я, грешный) умудрился испортить великий замысел — один плащ с цилиндром так и остались висеть на сцене. Конечно, добрые артисты, стали все последующие дни говорить, мол «перегрелся на солнце, расслабился»  и не упускали момента подшутить на остальных спектаклях: «А кто сегодня забудет плащ и убежит со сцены?». Разумеется, это добрые шутки и, и, разумеется, нагоняй от начальства я получил, поэтому остальные спектакли работал с особым вниманием и внутренним напряжением. В свое оправдание могу сказать лишь, что это третья постановка «Евгения Онегина» в моей жизни с одинаковой музыкой великого Чайковского и разным сценическим решением.  А как устроена психология артиста музыкального театра? Слышит он музыку, заученную как «Отче наш» и в памяти начинают всплывать старые наработки, мышцы начинают работать так, как привыкли ранее. Но, конечно же, профессионал от любителя тем и отличается, что должен уметь выполнять поставленную задачу каждый раз и на высоком уровне.

Гастроли прошли успешно, аншлаг на каждом спектакле. Если вдуматься — это удивительно: в арабскую страну, с иной культурой и мировосприятием, «привезли» классическое искусство, русскую оперу, с неприкрытыми чувствами и эмоциями. В благодарность ли за подаренную сказку или по причине профессионализма, все артисты старались и выкладывались изо всех сил. Наверно в глубине души каждый надеялся на очередное приглашение и поэтому вносил свою лепту труда и самоотдачи в общее дело, имя которому Опера – синтез музыкального, драматического и хореографического искусств.

Член РТСРК Андрей Балыбердин

 

Добавить комментарий